Подготовленное, планируемое Выступление Серафимовой В.Д. на экспертном совете ВАК 16 мая 2012 г. по утверждению защищенной докторской диссертации в Диссертационном Совете Д. 212. 183.02

23 мая 2013 г. Серафимова В.Д. Просмотров: 1871
Рецензии

Подготовленное, планируемое Выступление Серафимовой В.Д. на экспертном совете ВАК 16 мая 2012 г.по утверждению защищенной докторской диссертации в Диссертационном Совете Д. 212. 183.02 при Орловском Государственном университет 23. 09. 2010 г. по теме «Традиции Андрея Платонова в философско-эстетических исканиях русской прозы второй половины ХХ-начала ХХ1 вв.»,   

В настоящей работе, как следует из ее названия «Традиции Андрея Платонова в философско-эстетических исканиях русской прозы второй половины ХХ-начала ХХ1 вв.»,рассмотрены сопоставительные связи писателей ХХ века через нравственно-философские,эстетические искания  А.Платонова. Целью  исследования было доказать существование преемственных литературных связей, традиций и новаторства в философско-эстетических исканиях писателей второй половины ХХ - начала ХХ1 вв.через сопоставление с классическим наследием Платонова.

Решаемая в работе проблема является актуальной на все времена, ибо преемственность, традиции обуславливают идею прогресса. В «эпоху разрушения общезначимых этических норм» весомы мысли русского философа начала ХХ века, питомцу МГУ  Владимира Францевича Эрна (1882-1917),что человечество существует благодаря свободному следованию традиции. Что свободная традиция есть не что иное, как внутреннее метафизическое единство человечества. Наша позиция такова, что под «традицией» мы понимаем творческое наследование культурного(и, в частности, словесно-художественного) опыта,которое предполагает свободное достраивание ценностей,составляющих достояние общества, народа, человечества. Мы рассматриваем традицию как «совокупность неких устоявшихся,сформированных средств, приемов, способов как художественной выразительности, так   и   идейно-эстетического  плана,   которые преемствуются и развиваются  авторами последующих поколений.  Мы считаем, что историческая преемственность составляет необходимое условие плодотворности всякого литературно-художественного творчества, (что и доказывается в работе).Бытование литературных произведений в большом историческом времени сопряжено с их обогащением.(В Диссертации на стр..-С.11-13).

Многоуровневый характер поставленных в диссертации задач, специфика материала обусловила использование комплексной методологии,совмещающей сочетание общенаучного системного подхода и методов – анализ,сравнение и обобщение, – и специальных литературоведческих подходов: историко-генетического, историко-функционального,сравнительно-исторического, онтолого-поэтического. Методология исследования, базирующаяся на выявлении преемственности, традиции,  схождений или разрывов в творческом освоении традиций классика обусловила необходимость включить в процесс  рассмотрения воздействия на художественную практику сопоставляемых авторов не только идейно-эстетические, но и социально-политические факторы.Методологическую основу диссертации составляют концепции ученых, представляющих сравнительно-историческое направление. Это работы Д.Д.Благого, Б.С.Бушмина, посвященные литературной преемственности, а также работы ученых, которые в 70-90 годы, в начале ХХ1 в. обосновали методы сопоставительного, историко-генетического, сравнительно-типологического и историко-функционального анализа.(работы Н.И.Пруцкова, М.М. Бахтина,Ю.М. Лотмана, Д.С.Лихачева, М.П.Алексеева, А.М.Ранчина и д.: ).. В разрезе нашей проблемы, в диалектике литературной преемственности мы опирались прежде всего на концепцию «большого времени» М.М. Бахтина(1895-1975).,изложенную в «Эстетике словесного творчества»(В Диссертации -С.-13). По Бахтину, произведения разбивают грани своего времени, живут в веках, то есть в большом времени, притом часто (а великие произведения – всегда) более интенсивной и полной жизнью, чем в своей современности.Концептуальными для нашего исследования являются мысли ученого о «переакцентуации» классических произведений, способности их смыслового состава «расти, досоздаваться далее», «раскрывать на новом фоне все новые и новые смысловые моменты»Доводы ученого о «переакцентуации» классических произведений, способности их смыслового состава «расти, досоздаваться далее», «раскрывать на новом фоне все новые и новые смысловые моменты, погружение в проблемы сравнительно-исторической поэтики позволили выявить типологические схождения и разрывы в подходе к герою в прозе А.Платонова и В.Шукшина.Герои писателей много думают, размышляют о смерти. В отличие от прозы Платонова в ряде рассказов Шукшина более жестко акцентируется трагически мучительное осознание смерти героем.. Разрешение проблем жизни, смерти, памяти, связи живых и мертвых происходит в платоновской традиции «света жизни. Оба писателя утверждают концепцию человека, призванного укреплять связи людей ,умерших и живущих. (Д. – С. 225-226).

Платоновская максима – «Все возможно и удается все, но главное – сеять души в людях»-являются универсальной, возводит жизнь человека на качественно новую и абсолютную ступень. Основополагающими для нас в разработке методологии исследования традиций А.Платонова в русской прозе второй половины ХХ-начала ХХ1 вв. стали доводы Л. А.  Шубина. Анализируя «рефлексы платоновских идей» в последующей литературе, ученый  подчеркивал, что  речь идет не только  о литературном воздействии произведений Платонова,  а о направленности таланта писателя, о природе его героя, о попытке этого героя осмыслить свою жизнь,жизнь других людей, «о смысле  о т д е л  ь н о г о   и   о б щ е г о  с у щ е с т в о в а н и я»(Разрядка – Л.А.Шубина).   Внимание к типологическим параллелям и контактным взаимодействиям платоновского наследия с историко-культурным контекстом проводилось с опорой на исследование  Д.С. Лихачева  «Традиции в истории культуры»(1978), на введенное ученым понятие «литературности литературы», под которым подразумеваются «различные формы отражения в литературе предшествующей литературы, без которой невозможно полное понимание литературы». Сравнительный метод дает постижение литературы как исторического процесса. Мы исходим из того, что генетическая связь обусловила возникновение другой связи – типологической. Мы исходим из того, что типологические соответствия обусловлены сходством систем художественного мышления, что плодотворным является изучение литературных традиций,которые «раскрывают их участие в формировании личности писателя и его жизненного миросозерцания в развитии его художественного мышления и его собственной творческой силы.. Под контактным видом связи разумеются те конкретные соприкосновения и сцепления, переклички, а иногда и совпадения, которые обнаруживаются во взаимных отношениях произведений. Они проявляются в различных сферах – в «мелочах» и в более существенных компонентах, лежат, так сказать, на поверхности, на периферии произведения, в его внешней структуре, или же скрыты в его структуре внутренней.        Введенное ученым Д.С.Лихачевым  понятие «литературности литературы», (Д. – С.15)позволило нам,например, при всем различии художественных систем писателей,говорить о типе связи между прозой А.П. Платонова и В.М. Шукшина. В художественном исследовании особенностей русской души Шукшину, как и Платонову, близка мысль Н.А. Бердяева, изложенная в книге «Истоки и смысл русского коммунизма»(1937) о противоречивом «пейзаже русской души», для которой характерен и «природный дионисизм и христианский аскетизм».(Д. –С.247). Доводы академика Лихачева о «литературности литературы»позволили нам при сопоставительном анализе прозы Л. Бородина и А. Платонова говорить о творческом диалоге писателей на фоне уроков Ф.М. Достоевского (Д. – С. 325). Прочтение рассказа В.Шпакова «Железный Ренессанс»(2006) в свете прозы А. Платонова позволило выявить контактные связи с прозой Платонова,своеобразный опыт стилизации,травестирование повести «Котлован», рассказа «Усомнившийся Макар», не имеющее пародийного характера. И в то же время сопряжение социального сюжета с библейским мифом – о строительстве Вавилонской башни в «Котловане» и воскрешении умерших в «Железном Ренессансе», – и демифологизация мифов – об «общепролетарском доме» в «Котловане» и новой мифологии о «стальной коннице» в рассказе Шпакова - трактуются нами как типологические связи. (Д..- 389).Для нас неправомерна крайность, когда два писателя сопоставляются по методу «буквализма» с выискиванием у двух сопоставляемых авторов сходных деталей, отдельных выражений,когда случайные совпадения возводятся в ранг традиции В работе мы руководствовались подходом, когда изучение предшественника идет в русле установления особенного, специфического в творчестве писателя, такой подход стал для нас оправданным и научно-состоятельным методом сопоставительного анализа. Это и ответ на  сближение  в Замечаниях понятий преемственность и эпигонство, традиций, сознательного,творческого   осмысления сущностей  художественного мира классика  и подражания.

Замечание:«Известно, что новаторские художественные решения возникают в рамках отказа от эстетических моделей прошлого; попытка связать историю русской литературы ХХ века с эпигонским использованием опыта Платонова («сознательное освоение художественного опыта» Платонова»)  Ответ: На наш взгляд, здесь довлеет  мысль Ю.Н.Тынянова, что традиция – это «основное понятие   старой истории литературы»,которое «оказывается неправомерной абстракцией», и что «говорить о преемственности приходится только при явлении школы, эпигонства, но не при явлениях литературной эволюции,принцип которой – борьба и смена»(Тынянов Ю.Н.. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1979.  С.272, 258) .Замечу, что подобное сближение преемственности и эпигонства резко опровергает В.Е.Хализев, считая его уязвимым, «…ибо дает повод некорректно зачислить в число «подражателей» таких ярких и оригинальных писателей-традиционалистов, как И.С.Шмелев и Б.К.Зайцев, М.А.Шолохов и А.Т.Твардовский, В.Г.Распутин И В.И.Белов, В.П.Астафьев и Е.И.Носов» (См.:Хализев В.Е.Теория литературы: Учебник.3-е изд. испр. и доп. М.: Высшая школа, 2002. С. 394).

   В диссертации проводится многоуровневое сопоставление по каждому писателю в отдельности. При этом мы  исходим из лотмановского подхода – о необходимости типологического подхода к материалу при постановке таких исследовательских задач, как сравнительное изучение литератур. Параметры которые лежат в основе типологических сопоставлений –– направленность таланта писателей, проблемно-тематическое содержание произведений, их идейная направленность и эмоциональный пафос, общая структура произведений, сюжет,особенность построения, конфликт, стиль, жанр, композиционная структура произведения, пространственные и временные соотношения, повествователь и образ автора, язык, стиль, речевой строй произведения, диалоги, портрет, пейзаж,основные художественные образы в их системе и внутренних связях, их взаимоотношения на сюжетном и функциональном уровне.

Основные критерии при выявлении  преемственности прозы писателей - это определяющие элементы платоновской прозы, их творческое вхождение в художественный  мир сопоставляемых авторов: моральная категория памяти, как важнейший элемент прозы Платонова, выразившийся в метафорической форме «одного света» («Так и будем жить как один свет»), милосердие, сострадание («с каждым спаяно мое сердце», неравнодушие ко всему живому, к «немому горю вселенной», бескорыстная любовь, любовь к своей земле, ко всему живому, каждодневный труд для преодоления трудностей («... все делается, а не само родится»), преобразование «яростного мира в прекрасный», животворящее начало, философия жизни и смерти - «из смерти работать жизнь»,  сакральная функция мотива сердца в сюжете прозы, сохраняющая человека как духовное существо, понятие софийности, введенное писателем в онтологический, экзистенциальный контекст («…помощь придет от другого человека»),уникальный язык Платонова, стиль его прозы, концепт Человека. Какважнейшие философские установки Платонова, отражающие главный концепт его творчества  – концепт ЧЕЛОВЕКА – мы рассматриваем следующие выражения  – «Без меня народ неполный» ( «Старый механик»).

Оставаясь классической фигурой литературного процесса столетия, А.Платонов оказал прямое и опосредованное влияние на многих авторов. С этой целью в работе проанализировано творчество 9 писателей: Ю.Казаков,В.Белов,В.Шукшин,Ю.Трифонов, В.Распутин, Л.Бородин, В.Березин,В.Шпаков, В.Сорокин. и др.Результаты исследования последовательно отражались в публикациях.Прежде всего в монографии «Андрей Платонов и философско-эстетические искания русской литературы во второй половине ХХ века»,   в статьях, в учебно-методических пособиях.  В статьях из реестра ВАК рассмотрены преемственные связи таких писателей, как В.Маяковский,В.Распутин, Л.Бородин,В.Маканин, В. Токарева, Л.Петрушевская и др. Мы исходим из доводов В. Я. Проппа , что прежде чем сопоставлять какие-либо явления, надо эти явления описать. В качестве материала исследования мы рассматривали собственно литературные, публицистические, литературно-критические работы писателей,  тогда как объектом исследования стали философско-эстетические искания художников слова, сущностные основания для выявления их родства, форм преемственности, «сближений-отталкиваний» различных художественных миров. Предмет исследования - историко-генетические и сравнительно-типологические связи творчества названных писателей, составляющих  единую линию в русской литературе ХХ-начала веков. Целью работы стало выявление преемственных литературных связей, традиции и новаторства в философско-эстетических  исканиях писателей второй половины ХХ -начала ХХ1 вв. в сопоставлении с классическим наследием  А.Платонова; определение  характера и особенностей этих неоднородных, многоуровневых связей,  поэтических средств и приемов, получивших творческое переосмысление и развитие. Для достижения поставленной цели в диссертации решался  комплекс задач. Выделю из них две генеральные: А) обобщить и дополнительно выявить систему мировоззренческих /философских взглядов, нравственных установок и эстетических принципов Платонова; Б) провести сравнительный анализ творчества Платонова с наиболее яркими представителями/писателями 2-й половины ХХ-начала ХХ1 вв.  и начала 21 вв, выявив систему закономерностей литературного творчества русских писателей и на этой базе выстроить    интегративную (комплексную,многоаспектную, типологическую ) картину их взаимодействия.

При выборе авторов мы исходили из рамок конкретного временного интервала, 2-ой половины ХХ-начала ХХ1 вв., также представления в работе различных литературных течений.Это и представители «деревенской прозы», не без основания названной С.Г.Бочаровым «великой».  Это и Ю.Трифонов, автор «московских повестей»,ставших началом целого направления в русской литературе второй половины ХХ века – «городской прозы». Это и Л.Бородин, представитель неореалистической тенденции, в прозе которого получают сходное с Платоновым разрешение идеи «преображения души», реальности «падшего» мира». В исследование мы включили произведения писателей различной эстетической ориентации, что позволило сделать вывод о специфике прочтения «платоновского слова» и особенностей влияния Платонова на процесс формирования разных векторов отечественной словесности.( Д.. – С.27,28; 187-409).  Нами учитывались также высказывания самих писателей о воздействии прозы Платонова на становление их поэтического мастерства. Так, один из разделов 3-ей главы  диссертации рассматривает типологические связи прозы А.Платонова и В.Распутина, одного из ярких представителей деревенской прозы.( Д.-С.277- 324 ). О  своей учебе у А.Платонова  говорил В.Г.  Распутин еще в 1980 г.: «Платонов во многом – мой учитель.  Когда я начинал писать, очень много его читал.Если у меня бывает иногда эмоциональное, языковое словообразование, знайте: это от него. Я поражаюсь его настроем, поставленным словом, который дает этот настрой». Высказывания  исследуемых авторов о воздействии прозы  Платонова на становление их творческого мастерства служили для нас и ориентиром  в механизме подключения сопоставляемой прозы.   Отмечая психологизм прозы Платонова,В. Г.Распутин, на наш взгляд, обозначит и истоки своего творчества, свое видение и назначение литературы:«Главная и всеобъемлющая тема Платонова – скорбь по миру и человеку. А.Платонов – смотритель изначальной русской души»(«Страна философов Андрея Платонова:(Выпуск 4. Юбилейный»,2000г.). Замечательным мастером, у которого  надо учиться  «в первую очередь»,  называет  А. Платонова Ю.В. Трифонов при ответе на анкету журнала «Вопросы литературы», размышляя о традициях в литературе,которые ему близки(«Вопросы литературы. Ответ на анкету «Писатели о традициях и новаторстве».  1963, № 2. С.2) В статье «О нетерпимости»(1966)  Трифонов отметит бескомпромиссный творческий путь Платонова:  «Критики отыскивали у него все новые достоинства так же, как раньше отыскивали все новые недостатки.Прозу Платонова обвиняли в анархизме, в стихийничестве, в непонимании сути, во многих грехах, когда-то звучавших громко, потом позабытых, но вот она не сгинула в потоке времени, не пропала в яме забвения, куда ее хотели запрятать...».

Как эмоциональный  удар, как непроходное событие   оценивает    член Союза писателей России, лауреат премии Н.В.Гоголя В.М. Шпаков влияние А.Платонова на становление своего творческого мастерства.«Андрей Платонов – литературная величина необычайной художественной мощи; он оригинален, самобытен. Чтение его прозы для меня явилось эмоциональным ударом,непроходным событием. «Котлован» я читал в 1987 г. в журнальной публикации, увлекся настолько, что, будучи редактором радиовещания  в «Новом мире», опоздал с очередной передачей. Мой рассказ «Железный Ренессанс» – это реализация фантасмагорического мифа в перевозбужденном сознании людей, лишившихся иллюзий о «стальной коннице» (Интервью автора работы с В.М. Шпаковым. 15 ноября 2007).О влиянии художественного мастерства Платонова, его фразы, наполненной каким-то особым светом, на  восприятие мира и людей пишет Л.Бородин в автобиографическром повестввании «Без выбора».  Об информационной ценности высказываний автора о своем творчестве мы ориентируемся и на работу М.М.Бахтина «Эпос и роман» (О методологии исследования романа)», отметившего, что именно прямые высказывания авторов помогли ему в выявлении специфических свойств исследуемых им романов.( Бахтин М.М. Эпос и роман (О методологии исследования романа) // Вопросы литературы и эстетики. Исследования последних лет. – М., 1975. С. 453,454).Это и ответ на замечания литературоведа Баршта К.А. 

Таким образом, научной новизной работы является установленное впервые влияние культурного наследия Платонова на самых разных авторов.В исследование мы включили произведения писателей различной эстетической ориентации, что позволило сделать вывод о специфике прочтения платоновского слова и особенностей влияния Платонова на процесс формирования разных векторов отечественной словесности.  Впервые в работе мы конкретизируем соотношение классики и постмодернизма в конкретном текстовом проявлении (повесть «Сокровенный человек» и роман «Голубое сало. (В Диссертации – С.393- 409). Такая работа по сопоставлению разных художественных миров не проводилась. Используя сравнительный метод при сопоставительном анализе романа В.Сорокина «Голубое сало».(1999) и повести А.Платонова «Сокровенный человек»(1928) впервые в литературоведении мы конкретизируем соотношение реализма и постмодернизма в конкретном текстовом проявлении: существует ли платоновская школа при доминировании новых эстетических ценностей, определяем взаимоотношение классика и постмодернизма, оцениваемого как «неклассическое,вполне оформившееся эстетическое направление (Кякшто Н.Н.).  При этом мы учитываем  труды, исследования литературоведов, критиков, теоретиков, историков литературы: И.Скоропановой,  М.Г.Павловца, Д.Быкова,  Л.Аннинского и др. Выражаем согласие с трактовкой Л.Аннинским  романа как пародии. Не приемлем оценку сорокинского романа    Д.Приговым в статье 2003 г. в «Новом литературном обозрении»: «Русская литературная традиция гиперморалистична. Сорокин, строго говоря, тоже гиперморалистичен, но средства, избранные им, в рамках этой традиции просто шоковые».  Выражаем согласие с оценкой романа Андреем Немзером «В начале книги Сорокин пробует писать как бы по-новому (квазикитайский язык будущего, местами смешной, но быстро приедающийся), дальше переходит к любимому и многажды апробированному занятию – пародированию-низвержению «классических ценностей».

Остановимся на замечаниях: Выбор авторов был вызван и потребностью сравнительного описания ранее не сопоставлявшихся художественных миров. Подчеркну, задачу мы видели в том, чтобы развить намеченные исследователями перспективы в изучении платоновских традиций. Нами  проведен анализ  трудов литературоведов, как платоноведов, так и исследователей творчества сопоставляемых с прозой Платонова авторов под углом зрения рассматриваемой темы.  Так,например,  в диссертации мы учитываем и работы, посвященные сопоставительному анализу прозы Горького и Платонова. Это и ответ на   замечание одного из оппонентов  нашей работы, что в сопоставительный ряд,рассматриваемый нами в диссертации, не было включено сопоставление прозы Горького и Платонова.Мы учитываем научный труд   Л. Аннинского 1992 г.  «Откровение и сокровение. Горький и Платонов».Как верное определение сути сопоставления отмечаем обобщенные характеристики творчества писателей:  «Горький – это предъявление человека миру, обнажение смыслов и судеб, это откровение истины Платонов – это сокровение истины».

На материале сопоставления произведений писателей выявляем схождения и разрывы в разработке писателями темы сознания,концепции человека. В  творческой парадигме Платонова наиболее важным является креативная деятельность человека,его участие в созидании, в обустройстве жизни, ценностные ориентации,  и эта вера писателя-гуманиста в созидательную силу человека сфокусирована  уже в его ранней статье «О любви» (1920), в которой ставится вопрос о роли сознания в преобразовании человеком жизни в свете «Философии общего дела» Н.Федорова: «Что же ему (человеку – В.С.) не понятно, что его мучит и мешает жить?».Отмечаем, что над этим платоновским вопросом и размышляет постплатоновская литература. Исходя из объема диссертации часть наших размышлений и выводов вынесена в учебные пособия, монографию,  статьи.На  материале  анализа «Рассказа о необыкновенном» (1923)Горького и  повести А.Платонова  «Город Градов»(1927)   выявляем   разработку обоими писателями темы сознания,типологические схождения устанавливаем  в подходе к герою,  в развенчании  настроений «упрощения жизни»,«упрощения человека». В сатирической повести Платонова  «Город Градов»  один из яростных ревнителей «упрощения» Шмаков сочиняет трактат,социально-философский труд под названием «Принципы обезличения  человека с целью перерождения его в абсолютного гражданина с законно упорядоченными поступками на каждый миг бытия». Духовно травмированный сотрясениями истории Яков Зыков, антигерой Горького, проповедует необходимость «упрощения жизни», «истребление необыкновенного», обезличивание человека.  Идея Зыкова – необыкновенное в людях -уничтожить, обратить всех жителей земли   в обыкновенных людей»( Серафимова В.Д. Учебно-методическое пособие -Русская литература первой половины ХХ века.М.: Высшая школа, 2008.С.90,91. Рецензент пособия - д. филол. н. ,профессор Лазарев В.А.). Отмечу,что Л.Аннинский в своем исследовании эти произведения не выносит для сопоставления. Социально-психологический тип «усреднителей» жизни  развивает во второй половине ХХ века В.М.Шукшин.  Герои Шукшина, не желающие «усредняться» будут вести борьбу с «усреднителями» жизни, с насаждаемыми стандартами  уже в семидесятые годы ХХ  в.(«Алеша Бесконвойный»,1973). Это материал исследования  3-ей главы диссертации, раздела  «А. Платонов и творчество В.М. Шукшина. Отражение народного видения мира» (В Диссертации – С. 220-256). 

Подчеркнем что использование сравнительного метода позволило установить существенное различие в приемах психологического анализа у А.Платонова и Ю.Трифонова. Трифонов, как и Платонов, блестяще владеет искусством изображения явлений, событий, вещей,всевозможных жизненных коллизий через восприятие героя. Существенное различие в приемах психологического анализа у писателей видится в том, что Платонов чаще прибегает к описанию внутреннего состояния своего героя, передает его переживания через символическую пластику.«Вниз лицом» ляжет Назар Чагатаев в повести «Джан» (1936), одухотворенный, как и все «сокровенные» платоновские герои, «идеей жизни» – «устроить на родине счастливый мир блаженства». Печаль героя,что его народ «боится жить», «отвык и не верит», Платонов подчеркнет символической пластикой.Трифонов же обращается непосредственно к внутреннему монологу для передачи всех нюансов мышления в связи с тем или иным событием, к приемам несобственно-прямой речи, к необычным, выразительным тропам. Исповедальный внутренний монолог Ляли в повести «Долгое прощание»(1971) раскрывает причину ее неверности любимому человеку.     Трифоновская концепция человека, призванного укреплять духовные связи между людьми, мотив памяти, разработанный в сюжете прозы писателей,  совпадает с платоновским: Она выражена метафорически в художественно-философских установках, формулах: «свет жизни» (Платонов), «нить, проходящая сквозь поколения»(Трифонов)(в Диссертации  –С.256, 265). Остановлюсь на следующем замечании:При сопоставлении повести Платонова «Эфирный тракт»(написана в 1926, впервые издана в 1968) и повести Ю.Трифонова «Другая жизнь»(1975)использован интегрированный подход, контаминированный подход (Это и  к замечанию К.А.Баршта об использовании Серафимовой в диссертации разных подходов анализа). Типологические связи между прозой Трифонова и Платонова проявляются и в сходном подходе к герою, обнаруживающем много общего с философскими исканиями времени, в частности, с пассионарной теорией этногенеза Л.Н.Гумилева. Задумываясь над сущностью и движущими силами этнической истории, Л. Гумилев в своем фундаментальном исследовании «Этногенез и биосфера Земли» (1979) доказывает, что в основе всякого деяния,оставляющего следы в истории, лежит страстное стремление человека к своему идеалу, к целенаправленной деятельности, связанной с изменением общественного или природного окружения, «…причем достижение намеченной цели, часто иллюзорной или губительной для самого субъекта, представляется ему ценнее даже собственной жизни»(Гумилев, Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Л. : Изд-во Ленинградского ун-та, 1989.С. 262).

Это страстное стремление к идеалу наперекор всему Гумилев  назвал «пассионарностью». Источником такой активности, по Гумилеву, является биогеохимическая энергия живого вещества биосферы, как она описана и В.В. Вернадским(1863-1945). Изучение труда Вернадского  «Философские мысли натуралиста», доводы философа  –  от биосферы через техносферу к ноосфере – открывает  новые перспективы в установлении связи прозы А. Платонова с гуманистическими доводами отечественных мыслителей : «В геологической истории биосферы перед человеком открывается огромное будущее, если он  поймет  это и не будет употреблять свой разум и свой труд на самоистребление» (Вернадский,В. И. Философские мысли натуралиста. М. : Наука, 1988. С. 503)

 Платоновский подход к героям Федору Попову, Михаилу и Егору Кирпичниковым – представителям «сердечной науки» и Исааку Матиссену, представителю «злой силы знания»  в повести «Эфирный тракт»  обнаруживает много общего с теорией пассионарности Л.Н.Гумилева.  Инженер Михаил Кирпичников, герой платоновской повести, одержим идеей понять «существо вселенной», добиться разгадки «искусственного размножения электронов»,«эфирного тракта», чтобы «дать всем  хлеб в рот, счастье в грудь и мудрость в мозг»,для этого он воспитал в себе «жажду знания, как кровную страсть». И свой дом, любимую и любящую жену он покидает и отправляется в Америку, (…) хочет «узнать, как розовое масло делается», засадить розами землю своей родины, потому что «нежное масло душных и пьяных роз способно построить вечные здания в древних балках его родины и в этих зданиях поселятся довольные вежливые мужики». В отечественном литературоведении подход к героям в «городской прозе», в том числе и в прозе Ю. Трифонова, с учетом теории пассионарности Льва Гумилева впервые отметил А.В. Шаравин. На материале анализа произведений А.Платонова и Ю.Трифонова , мы отмечаем в диссертации, что    пассионарностью, «энергией души» в повести «Другая жизнь» Трифонова  обладает  историк  Сергей Афанасьевич, изучающий материалы московской охранки  накануне Февраля семнадцатого года:«…материалы ценнейшие, потому что архивы охранки были уничтожены, сожжены. (…)Ему казалось, что нить, соединяющая поколения, должна быть наподобие сосуда, по которому переливаются неисчезающие элементы». В «отыскивании  нитей» Сергей  видит «необыкновенно важное»: «Временами онработал с   бешенным   энтузиазмом. Так его поглотила  работа(Ю.Трифонов.Другая жизнь)(.(Диссертаця. С. 273, 274). Создается впечатление, что А.Платонов своей повестью «Эфирный тракт» в художественной форме предвосхитил  научные  изыскания ученого, и что Л.Н. Гумилев, читал  повесть Платонова «.Эфирный тракт, впервые опубликованную в России в 1967 г., свой научный труд  он написал в  1979 г. Отмечу, что к пассионариям относит  героинь В.Г.Распутина и  Александр Прошкин, режиссер, в «послужном списке» которого ставшие заметными экранизации произведений Пушкина, Амфитеатрова,  фильм «Холодное лето 1953», не говоря о прошедшем по телевидению многосерийном прочтении «Доктора Живаго», и наконец  фильм «Живи и помни», поставленный  им в  по повести гениального писателя, нашего современника В.Г. Распутина.  Мои доказательства  хочу подкрепить и размышлениями другого талантливого  современного режиссера Владимира Хотиненко, члена Патриаршего совета по культуре,  режиссера широко известных фильмов «Мусульманин», «Следствие ведут знатоки», прослеживающего творческие связи и контакты кинорежиссеров с творчеством писателей-классиков и отечественных философов, пробуждающих в народе жизненные силы.

Применение сравнительного метода при сопоставительном анализе прозы Платонова и Трифонова позволило выявить закономерности историко-литературного процесса. Ю.Трифонов становится своего рода связующим звеном между А.Платоновым и современными писателями.В свою очередь традиции Трифонова оказали влияние на писателей последующих десятилетий в исследовании бытия человека в тесной связи с его бытом («Нет,не о быте – о жизни. Быт и бытие – это слитно, это нельзя разъять). Исследования проблем быта как «вселенской связи» преемствуют и развивают в современной прозе А.Битов,В.Маканин,  А. Кабаков,Л. Петрушевская, В. Токарева и др.(См.: Главы: Серафимова В.Д. Учебно-методическое пособие: Русская литература второй половины ХХ века: Учебный минимум для абитуриентов ;Рецензенты: д. филол.н., профессор МГУ В.А.Зайцев; к. филол.н., профессор  Чувашского ГПУ В.А. Степанов) М.:Высшая школа, 2008. С. 303); также: В поисках констант бытия. «Лаз», «Предтеча», «Отставший» В.Маканина,«Новые Робинзоны (Хроника конца ХХ века)» Л. Петрушевской: статья // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология». М.: Изд. МГОУ, 2009. №3. С. 158-164; м.:Диссертация С.216,217).

Остановлюсь на  следующем Замечании:Основываясь на сопоставительном анализе рассказа А.Платонова «Такыр»(1934), рассказа «Видение», повестей «Последний срок» (1970), «Живи и помни»(1974) В.Распутина, предпринятого анализа,систематизации и обобщения отмечаем, что духовный мир героинь этих произведений приравнен к макрокосму. В данной главе мы применяем метафизический подход, определяемый в литературоведении как «простейшая форма «первобытного параллелизма. Наши выводы  основаны на доводах  русского философа и литературоведа А.М. Евлахова (1880 – 1966)об отражении человеком процесса макрокосма, определяемого  им как простейшая  форма «первобытного параллелизма»:«…наивысшего напряжения чувство природы достигает тогда, когда уже не человек переносит себя в природу, в дерево, листок, утес, сопоставляя  субъект и объект по категории движения,действия, как признака волевой жизнедеятельности, (…) как то видим уже в простейшей форме первобытного параллелизма (курсив – Евлахова), но сама природа переносится в человека, он сам как бы отражает процессы макрокосма» (Евлахов А. Введение в философию художественного творчества. Опыт историко-художественной методологии: в 2 т. / А. Евлахов. – Варшава : Типография Варш. Учебн. Округа, 1910. С.402). (В Диссертация:С. 311-312). Наши доводы подкреплены и работами Владимира Топорова об актуализации архаических моделей в новом искусстве (Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического ). Научная новизна  исследования отражена в положениях, выносимых на защиту.(В Автореферате- С. 16, 17, 18; в Диссертации – С.39-44) Она  заключается в установлении парадигмы художественных контактов писателей второй половины XX - начала ХХI вв. с творчеством А. Платонова, в системном осмыслении этих связей как  традиции и в выявлении данной традиции на исследуемом в диссертации материале. Выстроенные парадигмы  предстают как система идей, взглядов и понятий, различных моделей решения множества проблем. В положениях,выносимых на защиту, речь идет о разнообразных формах, обнаруживаемых себя в традициях – влиянии, воздействия, типологических схождениях и разрывах. Итак:

1. Доказана продуктивность для последующей литературы платоновского подхода к герою, в основе которого лежит принцип, позже ставший известным как пассионарная теория этногенеза Л.Н. Гумилева;

2. Исследована художественная интерпретация  А.Платоновым философской концепции Н.Федорова, его учение о бессмертии и воскрешении умерших средствами науки, – в образной форме позже художественно освоенная последователями Платонова уже как черта его художественного мира.

3. Впервые решен ряд историко-литературных проблем:

а)выявлены схожие установки на философское осмысление жизни в прозе Ю.П. Казакова и А.П. Платонова;

б)наблюдения, сделанные над полемтипологических схождений между А.Платоновым и В. Беловым, показали важность для В. Белова платоновской притчевости. Функционирование притчевого начала в «Привычном деле» восходит к «Усомнившемуся Макару» А. Платонова;

в)указаны общие черты и существенные отличия приемов психологического анализа в прозе А.П. Платонова и Ю. В.Трифонова;

г)обоснована сходная оценка полярных сторон русского характера, двуединства человеческой души, позиция рассказчика,отождествляющего себя с демократической средой, способного противостоять деструктивным силам бытия в прозе В.М. Шукшина и А.П. Платонова;

д)доказана типологическая близость мотивной структуры («идеи жизни» и «порядка внутри себя»), определяющей сюжетную основу произведений А.Платонова и В. Распутина, основ метафизического миропознания их героев;

е)творческий диалог Л. Бородина с А.Платоновым впервые изучен на фоне художественных достижений Ф.М. Достоевского. Это позволило более точно определить преемственную связь образов героев-правдоискателей в их прозе, сходство в решении проблем человеческого сознания, в способах психологического анализа, в разработке христианских мотивов, мотива странничества, взаимодействия утопического и антиутопического начал.

4. Диссертация активно вводит в научный оборот малоизученные материалы ранней публицистики А. Платонова, а также ранее почти не рассматривавшиеся в научном контексте произведения современных прозаиков:

а)изучены доминирующие идейно-смысловые концепты в повести А.Платонова «Сокровенный человек» и в романе В. Березина «Свидетель» (о ценности человеческой жизни, реальности самоликвидации человека);

б)выявлена актуализация платоновских традиций в рассказе В. Шпакова «Железный Ренессанс» (демифологизация мифов об «общепролетарском доме» и «стальной коннице»);

в)Доказано, в главе «Платонов-3. Предписание» принцип включения «платоновского слова» в текст романа оценивается как пародийный. Художественный мир романа Сорокина – скорее антиплатоновская линия, не продолжение ее, а вызов ей.                

Концептуально новая сущность исследования: Обращение к генетическим и типологическим схождениям, разрывам позволило продемонстрировать укорененность творчества А. Платонова в пространстве традиционной духовной русской мысли. Художественные произведения Платонова, Казакова, Белова, Шукшина, Трифонова, Распутина, Бородина исследуются через актуализацию эсхатологической топики - «жизнь», «смерть», ориентированной на преодоление героями писателей страха смерти.

Доказано,что именно включение произведений Платонова в «вертикальный» историко-литературный контекст с использованием «онтолого-поэтического» подхода позволяет выйти на новый концептуальный уровень, понять эстетическое качество русской  литературы XX – начала ХХI вв. – следование плодотворной тенденции гуманизма как этического, эстетического и философского явления, продемонстрировать «всеобщность» этого свойства.

Теоретическая  значимость работы. Наблюдения и выводы, сделанные в работе, могут быть учтены при исследовании типологических характеристик произведений русской литературы, проблем сравнительно-исторического изучения литературы ХХ - начала ХХ1 вв, составлении биографических справочников, энциклопедий, словарей, при редактировании прозы писателей, переводах, оппонировании и интерпретации прозаиков традиционалистов и постмодернистов.

Практическая значимость работы: Материалы исследования могут использоваться в вузовских курсах по истории русской литературы ХХ - начала ХХ1 вв., в школьной практике, на спецкурсах и спецсеминарах по творчеству рассматриваемых в диссертации писателей.Практические выводы диссертации реализованы в читаемом нами курсе «История русской литературы ХХ века»,спецкурсах, дисциплин по выбору студентов, составлении учебных пособий, учебниках,  справочниках, энциклопедии,более 80 словарных статей.По материалом спецкурса, читаемого в течение 5 учебных лет на журналистском отделении филологического факультета МПГУ , издано учебно-методическое пособие с материалами творческих работ студентов – «Андрей Платонов – журналист,литературный критик,прозаик, драматург.

Нами выпущено  дипломных работ, том числе и магистерских  - 15. Назовьем некоторые:

1. Проблема выбора в «московских» повестях Ю.Трифонова.  – Суслапарова Наталья Борисовна,филологический факультет, 6 курс.2007-2008  уч.год.Защитилась на «отлично».

2.   Книги «Компромисс», «Зона», «Ремесло»  в контексте прозы С.Д.Довлатова.   – Куракина А.В. -   филологический  факультет, 6 курс. 2007-2008 учебный год. Защитилась на «хорошо».

3. Двучастные» рассказы в творчестве А.И.Солженицына. Поэтика, доминантные идеи. – Иванкова Л.В. - филологический факультет, 6 курс. 2007-2008 уч.год.   Защитилась на «отлично».

4 Баженов Александр Иванович Своеобразие жанра рассказа в прозе В.М.Шукшина. -  Баженов Александр Иванович – филологический факультет,  5 курс, дневное отделение.2009 -2010  учебный год.

5.  Травникова Александра Сергеевна, 5 курс,дневное отделение. 2009-2010 учебный год. Душа Мира» как опорное понятие А.П.Платонова в разработке женских образов. Философско-эстетический аспект. Защитилась на отлично»

Структура работы традиционна: состоит из Введения, трех глав,включающих отдельные разделы и Заключения. Список использованной литературы составляет 400 наименований. В главе «Идея жизни» как «философия существования» А.Платонова в художественных произведениях и в литературно-критических статьях» рассматривается основной корпус произведений писателя  под углом зрения обозначенной научной проблемы, отмечается характер платоновского новаторства, своеобразие его творческого метода, изобразительно-выразительных средств языка, стиля. Здесь рассматриваются ключевые тексты Платонова, в которых художественно представлена концепция жизни, «идея жизни», важная для писателя на всем протяжении творческого пути. «Идеей жизни» определяются важнейшие сюжетно-фабульные отношения в произведениях писателя, духовные поиски его героев. В разделе «Антифашистские произведения А. Платонова» рассматривается проза писателя, повлиявшая на развитие военной тематики в литературе последующих десятилетий. Четыре книги Платонова, вышедшие во время войны, – «Одухотворенные люди», «Рассказы о Родине», «Броня», «В сторону заката солнца» – внесли серьезный вклад в художественное освоение темы войны и патриотизма. В разделе «Идейно-эстетические искания А. Платонова в художественном исследовании темы любви» рассматриваются концептуальные воззрения писателя на проблемы любви, соединяющей человека с человечеством. Любовь рассматривается как константа, способная вывести человека «из замкнутого круга существования к всеобщей жизни».

Как ответ на замечание при дополнительном рассмотрении защищенной диссертации в Д.212. 183.06 при МГУ, что в диссертации отсутствует обращение автора на роль музыкальных образов, ритмики в прозе Платонова и поэтов серебряного века – отмечаем. 4-ый раздел первой главы нашей диссертации называется. «Образ-понятие «музыка» как символ гармонии мира в эстетикеА. Платонова.(В Диссертации С. 135-145).Замечание воспринимается как явное искажение смысла и содержания диссертации, его научного потенциала. И в монографии «А.Платонов и философско-эстетические искания русской литературы 2-й половины ХХ века» (М., 2006), и в докторской диссертации мы отмечаем, что образ-понятие «музыка» является устойчивой «эстетической доминантой» художественно-философской системы Платонова, воплощением «неисчислимого музыкального времени», находим типологические схождения с функцией образа музыки в произведениях А.Белого, М.Пришвина,Л.Толстого и др. «В «Симфониях»(1900) Андрея Белого, по его собственным словам,отразилась попытка найти созвучие словесных образов ритмике самой жизни» (Монография - с.137). Анализ развития образа-понятия «музыка», его «исполнение» в пространстве всего творчества Платонова позволяет подойти к каждому произведению писателя как к художественному целому и представить его художественный мир как единую целостную систему.(Д-.с.135-145).Образ музыки Платонов использует для характеристики героев, наделенных особой чувствительностью к миру, проявляющих «родственное внимание» к природе.(Д.- с.143). На основе рассмотрения романа «Счастливая Москва» мы от описания, анализа приходим к синтезу, отмечаем, что тема музыки в сюжете «скрипача» наполняется новым содержанием, выступает в функции «добавочной силы», о которой пишет Платонов в статье «Пушкин – наш товарищ». По Платонову, «мелодия стиха, выражающая сознание Пушкина», – это та «добавочная сила», которая создает в читателе образ автора.(В.Диссертации .-с. 141- 144). Мысли о роли музыки в поэзии Пушкина,как «добавочной силы, создающей в читателе еще и образ автора», о «мелодии стиха,    выражающей   сознание» А.С. Пушкина, мы      относим к собственному творчеству Андрея  Платонова.   Здесь ключ к восприятию стиля Платонова, как главного способа самовыражения     автора. В разделе «Образ-понятие «музыка» как символ гармонии мира в эстетике А.Платонова» рассматриваются идеи «синтетического» искусства, разрабатываемые писателем, анализируется язык Платонова, обладающий уникальным эффектом эстетического воздействия, художественной энергетикой. Образ-понятие «музыка» рассматривается нами как устойчивая «эстетическая доминанта» (фраза Б.Эйхенбаума) художественно-философской системы Платонова, элементом гармонизации человека и мира. Особое внимание уделяется приемам художественной методологии А.Платонова, ставшими предметом творческой рефлексии его последователей. На основе анализа художественной прозы Платонова, систематизации и обобщения исследований литературоведов, акцентируем внимание на своеобразии  художественного мастерства Платонова,  заключающегося  в индивидуальной манере письма, умелом использовании изобразительно-выразительных средств языка, символов, легенд, притч, реминисценций, символики народных сказок, вставных новелл, мотивов сна,лирического описания природы, юмора, иронии, гротеска для постановки философских, этических, социальных проблем.. В выявлении стиля Платонова мы ориентируемся на работы В.Эйдиновой (Энергия стиля. О русской литературе ХХ века. 2009. Екатеринбург), Н.С. Валгиной (Теория текста М. : Логос,2004), выявляем стиль писателя как эстетическое единство всех сторон и элементов художественной формы, обладающее яркой индивидуальностью и выражающее определенное содержание. Отмечаем, что в различные периоды жизни и в разных жанрах язык, стиль Платонова меняется,творческая методология ориентируется согласно важнейшему эстетическому принципу «неослабного корректива своим чувствам.  Творческий путь Платонова, становление его как писателя мы характеризуем постоянным поиском «слова», постижением преобразующей роли искусства, и поэтому мы уделяем в диссертации особое внимание этому вопросу, как элементу традиции Платонова для последующих поколений писателей. Краткий обзор работы платоноведов относительно романа «Чевенгур», проведенный нами в диссертации, свидетельствует об особенностях творческого метода писателя, парадоксальном универсализме художественного мира, синтетизме  и полифонизме его прозы..

В главе «Генетические и типологические связи прозы А.Платонова с русской литературой XIX-первой половины ХХ века…» творчество А.Платонова рассматривается во взаимодействии с философской мыслью и литературным процессом соответствующего периода.Отмечается, что Платонов, усваивая опыт предшественников, трансформирует его в уникальные формы своего творчества. Этическая,онтологическая проблематика «Ювенильного моря» (1934) позволяет установить типологическое родство повести с романом Л. Леонова «Дорога на Океан»(1935).При сопоставлении повести «Эфирный тракт» А. Платонова и рассказа  Б.Пильняка «Заволочье» (1925) исследуются вопросы этичности науки. Выявляется нравственно-регулятивная функция библейских мотивов (например, мотива Каина), используемых писателями при анализе проблем влияния технического прогресса на судьбы людей. Отмечается, что платоновская формула «В руках зверя и негодяя самая высокая техника будет лишь оружием против человека», как и многие другие его художественно-философские установки,точно указывает ориентиры будущей исторической жизни человека и найдет свое развитие в прозе писателей второй половины ХХ - начала ХХI вв. Об этом идет речь в третьей главе диссертации «Произведения А.Платонова и философско-эстетические искания русской прозы второй половины ХХ - начала ХХI вв.» Здесь устанавливаются связи и параллели Платонов и Белов, Платонов и Шукшин, Платонов и Трифонов,Платонов и Распутин, Платонов и Бородин, Платонов и Березин и т.д.

В Заключении подводятся итоги проделанной работы. Доказано, что именно включение произведений А.Платонова в «вертикальный» историко-литературный контекст с использованием «онтолого-поэтического» подхода позволяет выйти на новый концептуальный уровень, понять эстетическое качество русской литературы XX – начала ХХI вв. – следование плодотворной тенденции гуманизма как этического, эстетического и философского явления,продемонстрировать «всеобщность» этого свойства.  Перспективными для дальнейшего исследования особенностей рецепции творчества А. Платонова в историческом ракурсе являются произведения таких писателей, как Ф. Абрамов («Братья и сестры», «Дом»); В.Астафьев («Пролетный гусь»); А. Варламов («Рождение»); А. Битов («Внук 29-го апреля); А. Ким («Остров Ионы»); В. Личутин («Вдова Нюра»); Е. Носов («Яблочный Спас», «Усвятские шлемоносцы»); Б. Екимов («Продажа», «Пастушья звезда»,«Пресвятая Дева-Богородица»); О. Павлов («Конец века»). Все это входит в программу нашей дальнейшей работы.

Использование материалов диссертации, монографии, статей в современных исследованиях.Отзывы на диссертацию и монографию  свидетельствуют о том, что  диссертация открывает новые направления научных исследований  для дальнейшего исследования особенностей рецепции творчества А.Платонова в прозе современных писателей, что диссертация  вносит определенный вклад в историю литературы, - как в платоноведение, так и в изучение русской прозы второй половины ХХ-начала ХХ1 вв. В работе решена  научная проблема, социально-культурная задача, что уже нашло отражение в использовании материалов диссертации, монографии, статей в современных исследованиях.

К ссылкам на монографию «А.Платонов и философско-эстетические искания русской литературы 2-ой  половины ХХ века (В.Шукшин, В.Распутин, Л.Бородин) ссылалась  в докторской диссертации «Эсхатологическая топика в русской традиционной прозе второй половины ХХ-начала ХХ1 вв. Цветова Н.С. (Архангельск 2011); К монографии   «А.Платонов и философско-эстетические искания русской литературы 2-ой половины ХХ века (В.Шукшин, В.Распутин, Л.Бородин) обращались ученые Стран Ближнего и Дальнего Зарубежья, ученые Украины при составлении Библиографического справочника по истории русской литературы ХХ века послереволюционного периода, рекомендованного  Министерством образования и науки Украины. Ссылки в главах: Леонид Бородин,  Андрей Платонов, Валентин Распутин, Василий Шукшин Составитель Александр Глотов. Круг     чтения: Век двадцатый(Белая Церковь, 2009 ); Сонг Чжон Су в диссертации   канд. филологических наук  и автореферате  «Роман «Счастливая Москва в контексте творчества Андрея Платонова 1930-х гг.».(  М.2003) ссылается  на  канд. диссертацию   Серафимовой В.Д. « Повесть «Ювенильное море»в контексте творчества Андрея Платонова» (М.: Литературный институт им.М.Горького, 1997);  Анохина Светлана Анатольевна в кандидатской диссертации  «Концепт "развитие" в русской языковой картине мира и особенности его вербализации в творчестве В. Г. Распутина , 1994-2003 гг.(Магнитогорск, 2004 )   обращалась со ссылкой  на статью Серафимовой В.Д.«Слово в художественном мире В.Распутина» опубликованную в  научно-популярном журнале «Русская речь»  Российской академии наук (2002, №6.  С. 24-30) ;Нестерова Л.А. в автореферате канд.диссертации  «Нравственно-философские искания автора и героев в прозе Леонида Бородина»(Саратов, 2007) ссылается на эстетические и содержательные аспекты, рассмотренные в  статье В.Д. Серафимовой «Поэтика повести Л.Бородина «Ловушка для Адама» (Русская речь. 2005. № 5. ) и т.д.

Позвольте конкретно остановиться на Замечаниях, данных при дополнительном рассмотрении  защищенной нами диссертайии по теме «Традиции Андрея Платонова в философско-эстетических исканиях русской прозы второй половины ХХ-начала ХХ1 вв в  Диссертационном Совете Д. 501.001. 32  при МГУ им,М.В.Ломоносова  и ответах

Замечание:В диссертации отсутствует обращение автора на роль музыкальных образов, ритмики в прозе Платонова и в поэзии серебряного века.

Ответ:Не согласна, замечание воспринимается как явное искажение смысла и содержания диссертации, его научного потенциала. И в монографии «А.Платонов и философско-эстетические искания русской литературы 2-й половины ХХ века» (М.:2006),и в кандидатской диссертации «Повесть «Ювенильное море в контексте творчества А.Платонова», и в докторской диссертации отмечаем, что образ-понятие «музыка» является устойчивой «эстетической доминантой» художественно-философской системы Платонова, воплощением «неисчислимого музыкального времени» (Блок),находим типологические схождения с функцией образа музыки в произведениях А.Белого, М.Пришвина, Л.Толстого, М.Шолохова, М.Булгакова и др. (Монография,С. 137).Анализ развития образа-понятия «музыка», его «исполнение» в пространстве всего творчества Платонова позволяет подойти к каждому произведению писателя как к художественному целому и представить его художественный мир как единую целостную систему. (Д.-С.135-145).Образ музыки Платонов использует для характеристики героев, наделенных особой чувствительностью к миру, проявляющих «родственное внимание» к природе.(Д.- С.143). На основе анализа романа «Счастливая Москва» мы от описания, анализа приходим к синтезу, отмечаем, что тема музыки в сюжете «скрипача» наполняется новым содержанием, выступает в функции «добавочной силы», о которой пишет Платонов в статье «Пушкин – наш товарищ». По Платонову, «мелодия стиха, выражающая сознание Пушкина», – это та «добавочная сила», которая создает в читателе образ автора.(Д.-С. 141- 144).Мысли о роли музыки в поэзии Пушкина, как «добавочной силы, создающей в читателе еще и образ автора», о «мелодии стиха, выражающей сознание» Пушкина,мы относим к собственному творчеству Платонова. Здесь ключ к восприятию стиля Платонова, как главного способа самовыражения автора.

Замечание профессора Авраменко: Не отмечено Серафимовой В.Д. обращение Платонова к поэтике экзистенциализма.Ответ: Не согласна. Сказалось невнимательное  прочтение нашей диссертации  председателем. На стр. 72,73 диссертации речь идет как раз о том, что Платонов в 20-30-е годы воссоздавал,возрождал экзистенциальное начало в литературе. Ссылаясь на повесть «Котлован», мы отмечаем гротескный способ повествования в произведении,отмечаем, что процесс насильственного разрушения естественных форм жизни,раскрестьянивание деревни передается через гротескный способ повествования.Отмечаем, что характерна для повести и концепция художественного времени,присущая эстетике экзистенциализма – поиск вечного, того, что носит вневременной, бытийный характер». При этом мы называем и работы литературоведов,отметивших обращение Платонова к поэтике экзистенциализма. (Д. – С. 72,73).

Змечание профессора Авраменко» - «... когда вы сами пишете о том, что Платонов в 20-30-е годы воссоздавал, возрождал экзистенциальное начало в литературе,естественно, сразу возникает вопрос, так нужно же тех, кто укоренял эти самые экзистенциальные принципы и начала в литературе, тоже помнить, тоже назвать бы их имена».

Ответ: Взаимоисключающие суждения, абсолютно противоречивые с предыдущим замечанием, что в диссертации Серафимова не обращает внимание Платонова к поэтике экзистенциализма. Характерные особенности поэтики экзистенциалистов обозначены нами в диссертации, также в учебных пособиях,словарях. Объем материала не позволил нам вместить все в одну диссертацию. «Экзистенциализм (лат.) – философское и запападноевропейское течение середины ХХ века.Философами-экзистенциалистами были Ж.П.Сартр, М.Хайдеггер. В литературе экзистенциализм предполагает анализ поведения человека в кризисных ситуациях (Альбер Камю «Посторонний», «Чума»; Уильям Голдинга «Повелитель мух).Предшественником экзистенциализма в России считается Ф.М.Достоевский. Во второй половине ХХ века мотивы экзистенциализма унаследовал «театр абсурда» (См:Серафимова В.Д. Русская литература первой половины ХХ века: М.: Высшая школа, 2008, раздел «Термины и понятия», С. 429 ) Проигнорирован и краткий обзор работы платоноведов относительно романа «Чевенгур», свидетельствующий об особенностях творческого метода Платонова. парадоксальном универсализме художественного мира, синтетизме и полифонизме его прозы (С. 89-94).

Замечание: Работа носит описательный характер, герои произведений Платонова и Распутина не вписаны в макрокосм.

Ответ.Не согласна. Это свидетельством явной предвзятости, искажения содержания работы, нежелания увидеть то, что есть в ней. Во-первых, в нашей диссертации 453 страницы, а не 700, (как было заявлено оппонентом – «адов труд,«колоссальный собранный материал») и не понятно какую диссертацию читал оппонент... Наши методы исследования зиждятся на анализе, систематизации и обобщении, синтезе. Наука апеллирует к разуму, а не к чувству, а это наилучшим образом достигается сочетанием описания, анализа и синтеза. От описания мы переходим к анализу и синтезу. При объективном рассмотрении работы, например, 3 –ей главы диссертации «Произведения А. Платонова и философско-эстетические искания русской прозы второй половины ХХ-начала ХХI вв.» (В Диссертации - с. 187-409) нельзя было не заметить сближение в философско-эстетических исканиях писателей, таких, например, как А.Платонов,В.Распутин, обращение писателей к метафизическому опыту, отражение человеком процесса макрокосма.На основе сопоставления произведений «Такыр»,А.Платонова, «Видение», «Последний срок», «Живи и помни» В.Распутина, предпринятого анализа, систематизации и обобщения в работе отмечается, что духовный мир героинь этих произведений приравнен к макрокосму (Д. - С. 311-313,309-314). В данной главе мы применяем метафизический подход,определяемый в литературоведении как «простейшая форма «первобытного параллелизма».(Евлахов А. Введение в философию художественного творчества. Опыт историко-художественной методологии : в 2 т. Варшава, 1910.Т. 1. С.402). (Д. – С. 310). На основе сопоставительного анализа отмечаем, что герои писателей вписаны в величественную картину мироздания..(Д. – С. 313,314);

Замечание:«...основные научные положения, которые сформулировала Вера Дмитриевна, как я понимаю, это основные научные достижения, полученные лично автором, как не соответствующих Положению ВАК».

Ответ:Не согласна. Бездоказательно, предвзято. Научная новизна нашей диссертации изложена на стр. 11-12 А-та, на стр. 30-31 Д-ии. Она заключается в установлении парадигмы художественных контактов писателей второй половины XX – начала ХХI вв. с творчеством А. Платонова, в системном осмыслении этих связей, как влияния,воздействия, как традиции и в выявлении типологических особенностей данной традиции на исследуемом в диссертации материале. Мы проводим многоуровневое сопоставление по каждому писателю в отдельности. Понятие традиция обосновывается нами не только как факт преемственности, т.е. в континуальном аспекте, но и в новаторстве писателя, включающего в свою творческую парадигму наиболее важные элементы традиции, креативную деятельность человека Оправданным и научно-состоятельным методом сопоставительного анализа является подход, когда изучение предшественника идет в русле установления особенного, специфического в творчестве писателя.

Замечание Карпов В.С. : Платонов выработал художественно-философские установки в творческом диалоге с предшественниками и современниками». Стоило писать докторскую диссертацию, для того, чтобы вот такое суждение вынести. По мнению диссертанта (цитирую) «включение произведений Платонова» в выстроенный здесь ряд замечательных русских писателей (цитирую) «позволяет из частных наблюдений выйти на новый концептуальный уровень осмысления плодотворности гуманистической тенденции в русской литературе как её этической, философской,определяет всеобщность этого свойства». Если эта направленность имеет свойства всеобщности, то, очевидно, речь идет о включенности Платонова в это поле вместе с другими, а отнюдь не в роли прокладывающего пути в литературе этим другим.

Наш ответ. Искажены экспертами  положения, выносимые на защиту. В положениях, выносимых на защиту, речь идет о разнообразных формах, обнаруживаемых себя в традициях – влиянии, воздействии,типологических схождениях и разрывах. Проигнорировано, не названо 3 положение:(См. Д. – С 40; Авт-т - С.16), концептуальное для нашего исследования. Речь идет о писателях, принадлежащих по сути к разным историческим эпохам – и тем не менее оказавшихся в едином русле гуманистических исканий русской литературы. Я не признаю такой необъективной критики. В докладе на заседании совета я ответила на отрицание научной ценности нашей диссертации профессором Карповым А.С. «Стремясь выявить научный потенциал» работы, как заявляют эксперты, они игнорировали то, что есть в ней, прочитали невнимательно или исказили содержание.. 3 положение, вынесенное в диссертации, гласит: Включение произведений А. Платонова, как и произведений М. Шолохова, А. Солженицына, А.Твардовского, В. Некрасова, Е. Носова, В. Белова, В. Шукшина, Ю. Казакова, Ю.Трифонова, В. Распутина, Л. Бородина, В. Маканина и др. писателей ХХ века, в «вертикальный контекст» художественного универсума с использованием «онтологического» подхода, определяет «лицо» русской литературы XX – начала ХХI вв.,позволяет из частных наблюдений выйти на новый концептуальный уровень осмысления плодотворности гуманистической тенденции в русской литературе как ее этической и философской направленности, определяет «всеобщность» этого свойства.(Д. – С.40; Авт-т- С.16).. Я не признаю такой необъективной критики. В докладе на заседании совета я ответила на отрицание научной ценности нашей диссертации профессором Карповым А.С. Профессор Карпов не отмечает главного, хотя не может не признать «проделанной чрезвычайно большой работы. (...) Творчество Платонова, даже если только судить по завершающей её обширной библиографии, изучено чрезвычайно основательно. Что же нового вносит в его изучение работа Веры Дмитриевны?». Сознательное искажение сути диссертации не скрывал профессор Карпов при язвительном комментировании моего ответа на вопрос профессора Михайловой М.В. о немецких писателях,которое (комментирование) я воспринимаю как нарушение научной этики и очернительство. Отвечая на вопрос профессора Михайловой, я сослалась на библиографию в диссертации, и монографию, положительную рецензию на которую дала профессор кафедры истории русской литературы ХХ века, член диссертационного совета Е.Б. Скороспелова.. К имени немецкого исследователя Ганса Гюнтера мы неоднократно ссылаемся как в монографии, так и в диссертации,так и в изданном нами сборнике «А.Платонов –журналист, литературный критик,прозаик, драматург»материалах спецкурса «А.Платонов – журналист, литературный критик, прозаик, драматург»(М., 2007. С. 37). В докторской диссертации в Библиографии под номерами 390- 400 (Д -с. 452-453) перечислены труды исследователей творчества А.Платонова за рубежом. Среди них - и Berger-Bugel, Pia Susan. Andrej Platonov; Der Roman Scastlivaja Moskva im Kontext seines Schaffens u. seiner Philosophie. Стремясь выявить научный потенциал, эксперты игнорировали то, что есть в ней, прочитали невнимательно или исказили содержание.Искажено в выступлении профессора Карпова А.С.содержание раздела с сопоставлением романа В.Сорокина и повести Платонова «Сокровенный человек». В данном разделе нами продемонстрировано именно и наше несогласие «петь в общем хоре». Нами выявлено,что сорокинская стилизация ориентирована на ломку этики и эстетики Андрея Платонова. Мы отмечаем, что В.Сорокин демонстрирует антиплатоновскую линию, не столько пародируя, сколько демонтируя, переделывая повесть Платонова «Сокровенный человек» по типу римейка. На основании сопоставления произведений двух авторов мы выявили, что в отличие от писателя-классика Платонова с его верой в человека, с его творческим кредо «Все возможно … главное сеять души в людях», прозу Сорокина отличает неверие в человека, преобладание мотивов отчуждения, космического одиночества человека,отсюда и идет «культивирование человеческого низа» в его эстетике(Д. -С.393-409; А-т -с. 19; 39-40).

Замечание оппонента, что она видит работу Серафимовой В.Д. в контексте 25-летней давности.

Ответ.Не согласна. Мы расцениваем это как свидетельство неблаговидного поведения, как сознательное очернительство научной ценности всего, что делается нами в литературоведении и свидетельство неуважения прежде всего самой себя, Прочитанный нами доклад «Пьеса А.Платонова «Высокое напряжение в контексте его прозы и драматургии» на 15 –х Шешуковских чтениях в МПГУ 2 февраля 2010 г. включен в сборник «Писатель и время. Формы диалога. Материалы 15 Шешуковских чтений/Под редакцией Л.А.Трубиной; МПГУ. (М.: Интеллект-Центр, 2010 С.139-149).

Вопрос:Могли бы мне назвать среди писателей первого ряда литературы двадцатого века хоть первой его половины, хоть второй, хотя бы одного, который не нёс бы традиции гуманистического изображения мира и человека, не болел душой об отдельном человеке и обо всем народе, не базировался бы на ценности народной культуры?» –

Ответ:Вопрос свидетельствует о невнимательном прочтении диссертации, или игнорирования ее содержания. На этот вопрос мы отвечаем 9-м разделом 2-ой главы диссертации(Д.- С. 395-409), сопоставлением романа В.Сорокина «Голубое сало» и повести А.Платонова «Сокровенный человек».

Вопрос: Что касается методики структурного анализа. Чем отличается структурный анализ от обычного текстового?

Наш ответ:.Используя методику органического соединения внутритекстового (имманентного) и контекстуального рассмотрения отдельного произведения, предложеную Лотманом в статье «Идейная структура поэмы Пушкина «Анджело» (Д. - С.293) мы проводим сопоставительный анализ двух рассказов -.Платонова «Третий сын» и .Распутина «В ту же землю». (Д. - С.293). Структурный анализ художественных текстов был разработан Ю.М.Лотманом и учеными его круга.Лотман предложил замену традиционных, однобоко «дуалистических» терминов «монистическими» терминами «структура» и «идея» В эту же «структуралистическую» эпоху в литературоведение пришли слова «знак» и «значение», а позже в постструктуалистическое время – текст и смысл. По Лотману, к определенным теоретическим аспектам искусства как моделирующей системы можно отнести композицию словесного художественного произведения: рамку, проблему художественного пространства, проблему сюжета, понятие персонажа,соположенность разнородных элементов как принцип композиции и т.д. Наиболее укоренена в теоретической поэтике понятийная пара «форма» и «содержание».Можно сослаться на «Поэтику» Аристотеля. Понятия формы и содержания в 19 веке были обоснованы Гегелем. Применимость терминов к художественным произведениям оспаривалась, так, например, в работе Ю.Н. Тынянова «Проблема стихотворного языка. Статьи» ( М., 1965. С.27).

Замечание ... уязвимость диссертации в том, что Серафимова ссылается на ученых, представляющих разные методологические традиции. Сочетать, то Лотман, то Бахтин, хотя, как известно,Бахтин в очень многом не соглашался с Лотманом, то вдруг Александр Николаевич Веселовский».

Наш ответ,я ссылалась на те положения ученых, с которыми согласна.

Замечание произошла подмена понятий. Возможно, речь в диссертации идет не столько о традициях, сколько об универсальности, об универсальности в литературе. Почему именно это Платонов, почему именно платоновский … так повлиял? А почему не Шергин, не Шмелев, не Клычков и т.д.? Мне показалось (это очень принципиально) что в работе не хватает того материала, который отсекается – вот не они, а именно Платонов. Понимаете, тогда да, тогда это традиция. А так – тогда это универсальное. Вот у меня такое ощущение».

Наш ответ: Замечание профессора Солнцевой Н.М. я рассматриваю как субъективное отношение к своей работе. Выбор авторов подробно аргументирован нами и изложен и в диссертации, и в докладе.

Просьба: Прошу отменить решение диссертационного совета Д .501.001.32 при МГУ по итогам заседания от 17 марта 2011 г. о дополнительном заключении по диссертации Серафимовой В.Д. на основании нарушений регламента проведения заседания (п. 3.8.2.) Положения о диссертационном совете. В ходе заседания члены совета, а также ученый секретарь и председатель временно отсутствовали, но в дальнейшем приняли участие в голосовании, прошу разобраться в ситуации вокруг защиты мною докторской диссертации и принять соответствующее решение. Прошу не учитывать решение диссертационного совета Д. 501.001.32 при МГУ. Основание, мы показали, отношение к нашей диссертации было явно предвзятым,недобросовестным, есть факты намеренного искажения содержания диссертации, на что мы и указали, обозначив страницы. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

MsoNormal align=
Сеять души в людях
Рубрики:
Cтатьи:
Платонов Серафимова диссертация Полехина Давыдова Казаркин пассионарность Владимов Богомолье В.Быков В.Г.Распутин В.Кожинов Дырдин Брашт Гражданин Уклейкин Библейские мотивы В.Астафьев Бородин детство Б.Екимов Б.Пильняк Звездный билет